3 ноября – Заметки Journal.АТ

Писательская кухня

Почему 90% авторов разочаровываются в нейросетях при создании иллюстраций для книг и как это исправить

ИИ-аналитик и контент-креатор Олег Окулов предлагает новый подход к созданию иллюстраций для книг – нарративную визуализацию.

ИИ-аналитик и контент-креатор Олег Окулов предлагает новый подход к созданию иллюстраций для книг — нарративную визуализацию.

Иллюстрация может показать больше, чем написано в тексте

Возьмём простую фразу: «Мальчик вошёл в комнату». Её можно проиллюстрировать буквально — мальчик стоит в дверях, комната находится перед ним. Фраза превращена в картинку. Задача выполнена.

Но можно задать вопросы.

Почему он остановился в дверях? Что он чувствует? Чего боится? Что он заметил первым? Что в комнате кажется ему необычным? Что читатель пока не знает, но должен почувствовать?

Если ответить на эти вопросы визуально, изображение перестаёт быть простой иллюстрацией текста. Оно становится частью повествования.

Например, положение фигуры, выражение лица, цветовая гамма, освещение, предмет на заднем плане или едва заметная деталь могут сообщить читателю информацию, которой в этой конкретной фразе вообще нет. Получается параллельное повествование.

Автор рассказывает словами. Художник — образами.

А вместе они создают более объёмное восприятие истории.

Что такое нарративная визуализация

Если сформулировать максимально просто: нарративная визуализация — это создание визуального ряда, который не просто сопровождает текст, а раскрывает, усиливает и продолжает его повествование.

Поэтому перед созданием изображения я смотрю не только на то, что происходит в сцене. Меня интересует:

• зачем эта сцена находится именно здесь;
• что должен почувствовать читатель;
• что происходит с героями;
• какие отношения между ними;
• что изменилось по сравнению с предыдущей сценой;
• что произойдёт дальше;
• какие детали имеют значение для сюжета;
• какие элементы можно сделать визуальными мотивами всей книги.

То есть работа начинается не с картинки.

Она начинается с истории.

Почему для книги недостаточно сделать 50 красивых картинок

На первый взгляд может показаться, что 50 иллюстраций — это просто 50 отдельных изображений. На практике это совершенно не так.

Если речь идёт о полноценной книге, у читателя должен возникать эффект единого мира. Герой на первой странице должен оставаться тем же героем на пятидесятой. Его лицо, возраст, пропорции, характерные черты, одежда и визуальная пластика не должны меняться случайным образом от сцены к сцене.

Но консистентность персонажей — только одна из задач. Есть и другие:

• Единый художественный язык. Иллюстрации могут изображать совершенно разные события, но при этом должны восприниматься как части одной книги.
• Драматургия визуального ряда. После спокойной сцены может понадобиться ощущение тревоги. После напряжённого эпизода — визуальная пауза. Финал может требовать совершенно другого эмоционального масштаба.
• Визуальные мотивы. Предмет, цвет, символ или деталь, появившиеся в начале книги, могут получить новое значение ближе к финалу.
• Скрытые связи. Часть информации можно не объяснять читателю словами. Её можно спрятать в изображении. И именно здесь начинается самое интересное.

Метод начинается с чтения, а не с генерации

Одна из главных ошибок при работе с нейросетями: сразу начать генерировать картинки. Автор даёт описание сцены. Нейросеть создаёт изображение. Потом появляется следующая сцена. Потом следующая. В результате можно получить десять прекрасных картинок, которые совершенно не работают как иллюстрации к книге.

Потому что книга — это не набор сцен. Это система.

Поэтому в нарративной визуализации первым объектом работы становится сам текст. История рассматривается как визуальный материал.

Необходимо выделить:

• главных героев;
• второстепенных персонажей;
• ключевые локации;
• важные предметы;
• конфликты;
• эмоциональные пики;
• сюжетные повороты;
• повторяющиеся мотивы;
• важные детали;
• визуально значимые эпизоды.

После этого отдельные сцены начинают складываться в систему. И только затем начинается создание изображений.

Первый уровень: увидеть сюжет

В каждой сцене есть событие. Но событие — это ещё не вся сцена.

Допустим, герой обнаруживает таинственный предмет. Можно просто показать героя и предмет. Но если мы понимаем драматургию, возникает другой вопрос: что изменилось для героя после того, как он его обнаружил?

Если предмет связан с будущим конфликтом, изображение может заранее дать читателю визуальный сигнал.

Если герой пока не понимает значения находки, изображение может знать больше героя.

Если читатель уже знает то, чего не знает персонаж, визуализация способна создать напряжение.

Это принципиально другой уровень работы. Мы начинаем думать не «что нарисовать?», а «что должен узнать или почувствовать читатель, глядя на эту сцену?».

Второй уровень: увидеть характер

Хороший персонаж существует не только в тексте. Он существует в поведении. В том, как он стоит. Как смотрит. Что держит в руках. Как реагирует на других. Как взаимодействует с предметами.

Поэтому два героя могут произнести одинаковую реплику, но визуально выглядеть совершенно по-разному. Для писателя это особенно важно: визуализация может усилить характер персонажа, не добавляя ему лишних слов.

Например, осторожный герой будет существовать в кадре иначе, чем самоуверенный. Один персонаж может занимать пространство. Другой — постоянно искать безопасную позицию. Один смотрит прямо. Другой избегает взгляда. Это уже не декорация. Это визуальная драматургия.

Третий уровень: увидеть то, что автор не написал напрямую

Самые интересные вещи в литературе часто находятся между строк. Автор может не написать: «Ему было страшно», вместо этого он описывает холодные пальцы, тишину, внезапную паузу.

Визуализация может продолжить этот принцип. Страх необязательно изображать гримасой ужаса. Иногда гораздо сильнее работает пустое пространство вокруг героя. Неестественно спокойная обстановка. Слишком длинная тень. Предмет, который неожиданно оказывается в центре композиции. Взгляд другого персонажа. Небольшая деталь на заднем плане.

Так появляется визуальный подтекст.

И тогда внимательный читатель может обнаружить в иллюстрации то, чего не заметил при первом чтении.

Четвёртый уровень: построить визуальный мир книги

Особенно хорошо это видно на больших проектах. Например, при работе над книгой «Хранители сказок: код битвы» задача заключалась не в создании нескольких отдельных иллюстраций. Для книги было создано 50 иллюстраций. Их необходимо было воспринимать как единый визуальный организм.

У книги должны существовать собственные правила.

Как выглядят герои? Как устроен мир? Как выглядят пространства? Какие цвета характерны для разных состояний? Как меняется визуальная атмосфера по мере развития сюжета? Какие элементы повторяются? Какие детали получают новое значение?

И самое главное: как сделать так, чтобы читатель чувствовал — он находится внутри единой истории, а не листает сборник отдельных красивых картинок?

Нейросеть здесь не художник и не автор

Это принципиальный момент.

Нейросеть способна очень быстро создавать изображения, но скорость генерации не решает задачу визуального повествования. Можно получить великолепный кадр, при этом совершенно бесполезный для книги. Нейросеть сама по себе не отвечает на вопросы: зачем эта сцена? Почему она выглядит именно так? Что она сообщает о герое? Как она связана с предыдущей сценой? Как она работает на финал?

Это уже работа человека.

ИИ мощный инструмент визуального производства, но концепция, драматургия, отбор, контроль и художественное решение должны удерживаться на уровне проекта. Именно поэтому результат нельзя свести к формуле: текст → промпт → картинка.

Между текстом и финальным изображением — гораздо больше работы.

Самая сложная задача — не создать изображение, а сохранить историю

Допустим, первая иллюстрация показывает героя. Он выглядит прекрасно. Создаём вторую: герой так же прекрасен, но это уже немного другой человек. Другая форма лица, возраст, пропорции, эмоциональная пластика.

Для отдельной картинки это может быть незаметно. Для книги — критично, читатель должен понимать, что это тот же герой. При создании серии необходимо контролировать не только отдельные изображения, но и взаимосвязь между ними. Это одна из причин, почему создание иллюстрированной книги с помощью генеративных моделей нельзя воспринимать как производство серии случайных красивых изображений.

Это система контроля визуальной целостности. И чем больше книга, тем важнее эта система.

Нарративная визуализация работает и на автора

Для писателя здесь есть ещё один важный эффект.

Когда текст начинает превращаться в визуальный мир, автор получает возможность увидеть собственную историю со стороны. Иногда изображение показывает проблему, которую сложно заметить в рукописи. Например:

• сцена оказывается визуально слабее, чем казалась на бумаге;
• кульминация не имеет необходимого визуального масштаба;
• важная сюжетная деталь недостаточно заметна;
• второстепенный персонаж неожиданно начинает выглядеть важнее главного.

То есть визуализация становится ещё и своеобразным тестом драматургии. Если сцену невозможно интересно представить визуально, иногда стоит задуматься: а достаточно ли она сильна сама по себе?

Поэтому нужен не просто иллюстратор, а нарративный визуализатор

Обычная модель взаимодействия выглядит примерно так: автор → техническое задание → иллюстратор → картинка.

Модель нарративной визуализации другая: история → анализ → драматургия → визуальная концепция → система образов → иллюстрации.

Разница кажется небольшой, но результат принципиально другой.

Иллюстратор отвечает прежде всего за изображение. Нарративный визуализатор отвечает за то, как история начинает выглядеть. Он работает не только с картинкой. Он работает со связью между сюжетом, текстом, персонажами, визуальным образом и восприятием читателя. Именно это является основой моего подхода.

Что в итоге получает автор

В результате автор получает не просто набор иллюстраций. Он получает визуальную систему произведения. Она включает:

• персонажей (их внешний образ, характерные особенности и визуальную преемственность);
• мир (локации, атмосферу, правила пространства и визуальную логику произведения);
• сюжет (визуальное выделение ключевых событий, конфликтов и кульминаций);
• подтекст (детали, символы и визуальные намёки, которые работают вместе с текстом);
• стиль (единый художественный язык всей книги);
• эмоциональную драматургию (изменение визуального состояния истории от начала к финалу).

И всё это должно работать не отдельно, а вместе.

50 иллюстраций — это 50 возможностей рассказать историю

Возвращаясь к «Хранителям сказок», важно понять именно это. 50 изображений — это не просто большой объём работы. Это 50 точек контакта читателя с историей. Каждая может:

• познакомить с героем;
• показать новый фрагмент мира;
• усилить напряжение;
• спрятать подсказку;
• создать эмоциональную паузу;
• визуально связать разные части книги;
• подготовить будущий сюжетный поворот;
• или просто дать читателю возможность остановиться и почувствовать атмосферу.

Поэтому вопрос «Сколько иллюстраций нужно моей книге?» не всегда является правильным. Гораздо интереснее спросить: «Какие моменты моей истории читатель должен увидеть?»

И здесь появляется главное преимущество автора

Нейросеть может создать изображение. Но история принадлежит вам.

Ваши герои. Ваш мир. Ваши конфликты. Ваши смыслы. Ваш финал.

И чем глубже визуализатор понимает авторский замысел, тем меньше вероятность получить просто красивую картинку и тем больше вероятность создать визуал, который действительно принадлежит этой истории.

Поэтому я считаю, что хорошая работа начинается не с вопроса «Какую картинку мы сделаем?», а с вопроса «Что ваш читатель должен увидеть, почувствовать и понять?».

Почему сегодня недостаточно просто красивой иллюстрации?

Генеративный ИИ радикально изменил производство изображений. Получить красивый визуал стало значительно доступнее. И именно поэтому красота картинки перестаёт быть достаточным конкурентным преимуществом.

Когда отдельное изображение можно получить достаточно быстро, большую ценность приобретает другое:умение понимать историю и превращать её в последовательный визуальный опыт.

Для писателя это особенно важно: он создаёт не изображения, а мир, в который читатель должен поверить.

А задача нарративной визуализации — помочь этому миру обрести визуальную форму. Не заменить вашу историю. Не переписать её. Не навязать ей чужую эстетику. А увидеть её изнутри и перевести на язык визуальных образов.

Ваш мир уже существует

Пока — в словах. В персонажах, которых вы придумали. В местах, которых ещё никто не видел. В событиях, которые происходят только на страницах рукописи. Возможно, вы уже представляете, как выглядит главный герой. Какой должна быть его комната. Как выглядит город. Как выглядит момент кульминации. Каким должен быть финальный кадр.

Нарративная визуализация поможет этому миру появиться перед глазами читателя.

Оригинал статьи